с. Еткуль 08 декабря 2021
Баннер
Вы здесь: Главная > Проекты > Почтовый ящик > Та далёкая деревня снится мне по ночам
Та далёкая деревня снится мне по ночам

Та далёкая деревня снится мне по ночам

Несколько раз я бралась за ручку и откладывала на потом. Так тяжело возвращаться в то далёкое и в то же время такое близкое время. В мою деревню военных лет…

Письма, несущие горе

Война, разруха, темнота, нужда, непосильный сельский труд наших матерей, старших братьев, сестёр. В семьях нет отцов, крепких мужских рук — они бьются с врагом уже четыре года. А домой летят заказные письма. Их боялись, как огня. В них горе, сиротство, вдовья судьба. Наш дом не миновал такой конверт с извещением о дате и месте гибели отца, копию этого извещения я храню до сих пор. Память моя жива. Каково было без отцовской поддержки и защиты, знают только такие же семьи, как наша. Но мы выжили, с нами была мама. Прошедшие через пекло этой страшной войны стали возвращаться в семьи. Зазвенели детские голоса послевоенных детей. Жизнь стала налаживаться. Чуть-чуть, медленно. Не все вдовы остались в деревне, некоторые поменяли её на город.

 

У каждого дома — своя история

Теперь, когда сон не идёт, я мысленно иду по улице родного села. У каждого дома останавливаюсь, поминаю живущих в нём прежде. Вот в этом, например, жила семья Александра Фёдоровича Лоскутова, он ушёл на фронт, оставил шестерых детей и старушку мать на плечах жены Федоры. Сам погиб. Двух старших сыновей забрали в ФЗО. Когда они стали работать, Федора самовольно (справку с места жительства не давали) покинула деревню, закутала двух малышей в какое-то тряпьё, посадила их на санки, забила окна и ушла к детям в Копейск. Дом этот стоит и сейчас, переделан на свой лад новыми жильцами. И так каждый дом. У каждого — своя история. Недалеко то время, но не каждый скажет, кто здесь жил, кто родные, потомки? А это ведь интересно, это наша история.

 

За хлебом — через лес

Как бедствовали в то время, чего только не ели! И вершки, и корешки — наверное, всё, что земля родила. Картошка выручала, но она тоже была не всегда — как вырастет. Уже после войны мы с девочками ходили в п. Лесной, там была пекарня, где отоваривали своих. А если по какой-то причине хлеб оставался, его продавали уже под закрытие магазина через знакомых. А уже если нет, то на нет и суда нет. Отоварившись, возвращались домой, а это километров восемь. Дорога была накатная, шла через лес. Каждый пенёк казался то волком, то каким-то чудищем, и мы бежали, боялись, крепко прижимая буханку хлеба. Бывало, и пустые приходили.

 

С молоком — на базар

Касса в колхозе была пуста, платить людям нечем. А жизнь идёт, с ней и потребности. И как их решить? Было такое: собирались три – четыре женщины, собирали с соседних дворов утренний удой молока (вечернее сдавалось в план). Молоко топили в русской печи, где оно покрывалось румяной плёнкой, затем уносили на ледник, сливали в 30-литровые бочонки, там его остужали, перемешивая всю ночь. Заранее договаривались с шофёром из пионерского лагеря «Орлёнок». Он рано утром попутно забирал женщин в Челябинск, у базара они выгружались, а он уезжал. Так делала и моя мама. И вот однажды, когда всё было готово к торговле, оказалось, что в мамином бочонке не молоко, а ряженка. Покупатели отходят, отовариваются у других женщин. Мама в слёзы! Думала, хоть какие-то прорехи залатать, придётся назад везти или здесь сливать. А соседям, у которых заняла молоко, возвращать надо. Все труды впустую. И тут подходит покупательница: «Что плачем?». Мама всё ей обсказала. «Ну-ка, положи мне на ладонь этого продукта!», — попросила женщина. Отведала, а затем купила и тут же выпила. «Это же настоящие витамины, их коровы собирают в траве, животные пьют чистую воду!», — с восторгом произнесла она. Стали подходить покупатели и незаметно бочонок с ряженкой опустел (вот уже когда была реклама!). Шофёр уладил дела, забрал базарников, к вечеру женщины были дома.

 

Неожиданная встреча

А сейчас расскажу случай, о котором поведал мне муж Василий Степанович: «Было это осенью 1944 года. Я был при лошадях. Старшим был Иван Филиппович Мазин. Нам нарвали бричку турнепса, укрыли соломой, чтобы не задряб, и в ночь мы выехали в Челябинск, на базар. Колхозу нужны были деньги на какие-то срочные нужды. Горожане хоть и имели карточки, но на базар шли, чтобы что-то купить, добавить к карточкам. Базар не пустовал, везли туда кто что мог. Там уже шла бойкая торговля. Старший пошёл оформлять место, возвратился с дежурным. Осмотрел тот турнепс и забраковал — не имеет товарного вида, вы его спустите за бесценок, а продукт ведь не ваш — колхозный, езжайте, помойте, подрежьте и возвращайтесь. Едем мы обочиной, кони шарахаются от машин, навстречу идут строем военные и вдруг мы слышим: «Земляки!». Один из военных попросил разрешения выйти из строя и подошёл к нам. Человек в комбинезоне, шлеме танкиста. Обнялись, поздоровались за руку. У Ивана Филипповича уже погиб на войне сын Павел (осталось четверо детей). Он как сына держал за руку земляка. Оба плакали и говорили, говорили. Наш земляк, а это был Михаил Степанович Меньшенин, успел сказать, что приехал с группой за пополнением, пробудут несколько дней, хотел бы встретиться с женой Марией Игнатьевной... Строй скрылся за поворотом, простившись, боец побежал догонять. Погиб наш танкист в Германии 16 февраля 1945 года, так не узнав, что в семье родилось четвёртое дитя — дочь Настя. А сейчас Анастасия Михайловна Осинцева, а её дети — Владимир, Михаил и их дети–правнуки.

 

Там, за туманами...

Это только три кадра. Та далёкая деревня прошла через всю жизнь со всеми её делами, с теми людьми, которые пережили все невзгоды непростых лет. Теперь на обелисках значатся не вернувшиеся с войны и умершие от ран вернувшиеся. Смотрит она на нас с фотографий та далёкая деревня. На День Победы нас, пожилых, чествовали на дому. Много тёплых слов прозвучало из уст главы района Юрия Кузьменкова, главы Белоусовского сельского поселения Михаила Осинцева, получили мы гостинцы, звучали для нас песни тех военных лет, от которых сжимается сердце. Спасибо за память о прошлом.

Село наше всё то же, и дома стоят там же. Но нет уже колодцев. Вода в доме, тепло пришло в жилища, свет горит. Сферы обслуживания работают. Открыты двери храма Семиона Верхотурского для прихожан. Здесь можно поставить свечку за здравие и за упокой родных, близких, подать записки. Доброжелательный батюшка Евгений ведёт службу. Установили купол, сияет на солнце всеми цветами радуги. Спасибо, чьих рук коснулась эта доброта. Та далёкая деревня осталась там, за туманами. Отметило село своё 280-летие. Есть у нас юбиляры: Ксения Михайловна Карсакова, ей 100 лет, по 90 лет Анастасии Михайловне Бусыгиной и Лидии Фёдоровне Патрушевой. Подрастает молодёжь. Всем доброго здоровья, счастья и жить не тужить. И помнить тех, кто подарил нам мир. 

Автор: Лидия Николаевна Меньшенина, с. Белоусово
Комментарии (0)
Добавить комментарий
Выберите: яблоко банан виноград груша ананас