Из казачьего рода

Александр Яковлевич Иванов коренной житель деревни Назарово Селезянского сельского поселения. Здесь родился его отец, здесь жил и работал его дед. В казачьей семье были строгие правила: старшим — уважение и почёт, казак за казака горой стоит, от безделья не бывает веселья, казаки никому не кланяются и другие. И маленький Саша с детства привык им следовать. Казаки ведь от казаков ведутся.

В хозяйстве деда всегда было две лошади: одна — для работы, другая — для службы. Не случайно гласят пословицы: казак без коня, что воин без ружья, казак с конём и ночью и днём, то есть неразлучны. Отец Саши постоянно выезжал на поля (так говорили в семье) — на сборы. Дед имел четыре Георгиевских креста, у Александра Яковлевича — медали "За отвагу", "За боевые заслуги", "За оборону Ленинграда", "За взятие Кенигсберга", "За победу над Германией", "За победу над Японией". Так что по крови передались ему отвага и мужество.

Учился Александр в Еткульской школе, в те годы она располагалась в старом деревянном здании. Семнадцатилетним пареньком в декабре 1940 года поступил в Таллинское пехотное училище, там и застала его война...

По "дороге жизни"

Уилище стали эвакуировать. В составе своего пехотного взвода Александр дошёл до Ленинграда. В одном из ожесточённых боёв был тяжело ранен в голову. С поля боя его вынес друг, который, вернувшись за следующим раненым, попал в плен. Александр Яковлевич всю жизнь вспоминал геройский поступок своего друга. Вот в тот момент и получили родители Александра похоронку: "Александр Иванов геройски погиб в бою".

Очнувшись от тяжёлого ранения, Александр тут же написал письмо домой, сообщил, что жив-здоров, не волнуйтесь. Полгода провёл в госпиталях. Как только пошёл на поправку, был направлен водителем на "Дорогу жизни". Его полуторка мчалась по опасной трассе со снятой дверцей (чтобы в любой момент можно было выпрыгнуть из кабины, когда рядом трещал лёд или когда начинался вражеский самолётный обстрел). Но об этом паренёк не думал, главное — доставить жителям блокадного города грузы, вывезти из него детей.

— Отцу тогда было чуть-чуть за семнадцать. Как он мог преодолевать эти трудности, этот постоянный страх? — недоумевает Валентина Александровна. — А ведь нынешние одиннадцатиклассники — его ровесники... Я об этом часто рассказываю им, когда прихожу в школу.

На этом грузовике А.Я. Иванов служил ещё три года после войны

Командир "Катюши" боевой

Так уж повелось, что с беседами в школу Валентина Александровна приходила сначала по своей инициативе, а потом её уже стали приглашать.

— На примере своего отца я хочу поведать ребятам о том, что пришлось пережить их сверстникам в военные годы, — говорит она.

Валентина Александровна сетует, что не всё знает о фронтовой жизни отца — он не рассказывал об этом детям, видать, не хотел травмировать их души. Но что-то удавалось услышать, когда в минуты откровения отец делился своими воспоминаниями с приходившими в гости друзьями-фронтовиками.

Когда блокада Ленинграда была снята, молодого водителя поставили на "катюшу". И здесь он проявлял смекалку и геройство.

Суровое военное время

Дальше фронтовой путь продолжился на востоке. Воевал с Японией. Взрывной волной отбросило его в пропасть, над которой, зацепившись ремнём за корягу, провисел несколько часов, пока не закончился бой и наши бойцы не вытащили его из ловушки.

В сорок пятом возвращался с востока домой через Челябинск. Так захотелось увидеть отца и мать, ведь совсем ещё пацан был! С тремя сослуживцами сбежал, решил хоть несколько часов побыть дома и вернуться. Родителей повидал, но получил взыскание за самоволку. Учли то, что он прошёл всю войну с первого до последнего дня, имеет много наград.

— Отец вернулся домой в сорок восьмом. Где ещё служил три года, я не знаю, — поведала Валентина Александровна.

Александр Яковлевич с женой Екатериной Васильевной и тёщей Прасковьей Ивановной 

Возвращение домой

Несмотря на то, что Александр прошёл тяжёлыми дорогами войны, многое к своим 25 годам повидал в жизни, отец по-прежнему держал сына в строгости. Однажды, когда поехали они в лес за дровами и Александр, поднимая бревно, сматерился, отец сказал: "Ну, раз ты материшься, то, значит, и куришь. Давай закурим!" И только тогда Александр первый раз закурил при отце. Такие строгие были казачьи нравы.

Знакомство с будущей женой было необычным. Кто-то сообщил родителям Александра, что в соседней деревне Аткуль есть славная боевая дивчина с длинными тугими косами. Собрались Яков Николаевич с Екатериной Алексеевной, запрягли лошадь и поехали сватать. Всё, как принято у казаков: у вас товар, у нас купец... Но мать девушки сказала: "Как дочка решит, так и будет". Тогда Александр вывел невесту в сенки и спросил: — Пойдёшь за меня? — Не знаю... — ответила та. — Что, я тебе не нравлюсь? 

Невеста потупила взгляд. Как мог не нравиться высокий черноволосый парень, красивый — глаз не отвести? Девушку тут же увезли к себе, в Назарово, и 23 февраля 1949 года сыграли свадьбу. Невеста была небогатая, но с приданым. Главными же достоинствами были доброта, трудолюбие, умение понимать и прощать.

Доброта

— Помню, мама рассказывала, что её мать Прасковья Ивановна во время войны каждый день варила чугунок картошки для чужих, — возвращается в прошлое Валентина Александровна. — И каждый день к ним приходили люди и ели. Помню и другую историю. Однажды к ним на лавочку возле дома, расположенного на краю деревни, присели две ягодницы: — Не дадите ли попить, жарко очень? — А, может, вам молочка холодненького? — услышали в ответ. — А, может, и помыться хотите? У нас банька истоплена.

Так и засиделись у них женщины. Потом постоянно вспоминали, с какими удивительными людьми им довелось встретиться, ведь иные и дальше калитки во двор не пустят.

Всё для людей

Со временем молодая семья отделилась от родителей. Купили землянку в районе Порушино в Еткуле. Александр Яковлевич начал строить дом. Его назначили заведующим Домом культуры, так как у него был хороший голос (он пел и в училище, и на войне), он часто выступал на сцене, даже ездил на конкурс в Москву.

— Мы, дети, заберёмся, бывало, на печку и слушаем, как поёт отец: "Распрягайте, хлопцы, коней", — вспоминает Валентина Александровна.

Она помнит, как отец приезжал домой поздно вечером, о чём-то переговаривался с матерью, а утром уже опять спешил на работу. Ещё на войне он вступил в партию, и как человека партийного его перемещали с места на место.

"Или партбилет на стол, или езжай восстанавливать хозяйство в Назарово!" — такие приказы получал он не единожды.

Семья жила то в Потапово, то в Баландино, то в Устьянцево, и Александр Яковлевич работал и бригадиром, и председателем колхоза, и агрономом, и управляющим. Но всегда тянуло родное Назарово, куда и вернулся фронтовик со своей семьёй.

Умер он в 68 лет, всю жизнь мучился головными болями после тяжёлого ранения. Жена Александра Яковлевича, Екатерина, пережила мужа. Умерла на 87-м году.

— Отец был коммунистом до мозга костей, — подытоживает разговор Валентина Александровна. — Помню, когда у нас закончился корм для кур, мама приставала к отцу: "Ну, выпиши ты зерно, птиц нечем кормить". На что отец отвечал: "А что люди скажут?"  Ничего для себя не делал.

В семье Ивановых самым главным праздником был День Победы.

— Мы всегда 9 мая приезжали к родителям, потом стали приезжать и внуки, — рассказывает Валентина Александровна. — Отец надевал свой парадный пиджак с наградами. Маленькая внучка Иринка говорила: "Деда, какой ты красивый! Ты лучше всех!" А он действительно был очень красивым как внешне, так и душой. Я благодарна судьбе, что она подарила мне такого отца! — говорит Валентина Александровна