— Хорошо помню свой приход в редакцию "Искры". Это было 4 июля 1985 года. В газете как раз освободилась должность машинистки. На работу меня принимал редактор Александр Иванович Маштаков. Чтобы проверить, что я умею, он дал мне свой рукописный текст — помятые листочки с исправлениями, зачёркиваниями. Сказал, что напечатать надо срочно. Я напечатала, принесла ему в кабинет. Он посмотрел на текст, потом (с хитринкой) — на меня и сказал: "Полина Юнусовна, простите, я ведь вам черновик дал…"

Напечатанный текст Александру Ивановичу понравился, он тут же унёс его в кабинет ответственного секретаря. Я была принята в штат. Мне предоставили маленькой кабинет с печатной машинкой "Башкирия" (в то время все корреспонденты писали свои материалы ручкой, я их печатала, затем тексты направлялись в типографию, где их набирали на линотипе).

Выезд коллектива на природу в связи с Днём печати. На снимке: Валентина Васильева, Полина Гайфуллина. 1993 год

Вначале я чувствовала себя неловко на новом месте. "Ведь это редакция газеты, которую читает весь район, тут работают люди с высшим образованием, умные…" — такими мыслями накручивала я себя. Но сотрудники оказались приветливыми, простыми, отнеслись ко мне доброжелательно. Вскоре я почувствовала себя так, как будто всегда находилась здесь.

Первое время редактор казался мне суровым, даже грозным, но потом я поняла, что это совсем другой человек — простой, с чувством юмора, ровный в отношениях со всеми. Не слышала, чтобы он кого-то ругал. А обо мне говорил: "После Полины Юнусовны можно не отдавать материал на вычитку ответсеку". То есть напечатано всё чисто. Меня такие слова, конечно, радовали.

Полина Гайфуллина на субботнике по уборке территории редакции

Помню такой случай. Один из корреспондентов подготовил материал о полеводах Еткульского совхоза и засомневался в правильности написания некоторых фамилий. "А ты обратись к нашей Ходячей энциклопедии, — сказал редактор, — она всё знает". Оказывается, так Александр Иванович негласно называл меня, потому что до прихода в редакцию я работала в отделе кадров Еткульского совхоза и, конечно, знала всех работников хозяйства. Вначале я обиделась, услышав такое прозвище, и потом стала воспринимать это со смехом. Редактор был с большим чувством юмора.

Я была первым читателем журналистских текстов. Мне нравилось, как корреспонденты работают, пишут. Они очень часто выезжали на поля, фермы, откуда возвращались со стойким запахом навоза и в пыли. Коллектив вскоре стал мне родным, мы делились своими переживаниями, радостными событиями. Переживали за наших детей, они были для нас как бы общими. Радовались, что у когото из них свадьба, у кого-то родился ребёнок.

Печатала я быстро, в свободное время удавалось брать в руки спицы. Вязанию меня учила Валентина Ивановна Васильева, с которой всегда можно было поговорить по душам, она умела слушать и сочувствовать, всегда могла дать совет. По-доброму относились ко мне и Александр Алексеевич Черепанов, Леонид Исакович Савенков — он называл меня Полей.

Всегда какие-нибудь фокусы выкидывала корреспондент Наташа Рублёва. Она обладала необычной внешностью: пышная кудрявая шевелюра, нос с горбинкой. Материалы писала ночью — до трёх или четырёх часов утра. Её публикации вызывали много читательских откликов. Ещё она была очень добрая: собирала всех бездомных собак, кошек…

О каждом из сотрудников, с кем мне довелось работать, можно сказать много добрых слов: о Галине Алексеевне Огоньковой (она первой поддержала меня в новом коллективе), Лидии Викторовне Маштаковой (Зимовец) — человеке с большой душой, Борисе Фёдоровиче Щипачёве, знатоке родного края, и о других. Я бережно храню все редакционные фотографии — их скопилось много. Могу уверенно сказать, что период работы в газете был самым памятным в моей жизни. И самым счастливым.