— А я в этом случае объявляю голодовку — не пью, не ем и делаю йодную сетку на область печени и селезёнки, — улыбается Наталья Алексеевна. — Дальше в работу вступают травяные чаи и квасы.

Кстати, напиток на травах, собранных на своём огороде или в лесу, всегда на столе семьи Мельниковых. Магазинные чаи здесь не покупают. Таким ароматным чайком с мятой, иван-чаем, клевером, а ещё блинами на козьем молоке встретила меня эта необычная женщина. Как возникло это твёрдое убеждение — отказаться от лекарств? С этого вопроса начался наш разговор. Моя собеседница углубляется в воспоминания…

Четвёртый ребёнок в семье Мельниковых, четвёртый мальчик, родился парализованным. Ребёнок поздний — Наталье Алексеевне шёл сороковой год. Три предыдущих сына были здоровы, а тут… Плакала, жалела не себя (сама-то уже пожила), а сына. И в первую очередь, конечно, обратилась к врачам. Сама она к тому времени уже двадцать лет проработала в медсанчасти — методистом по лечебной физкультуре. Понятно, что постоянно соприкасалась с лекарствами, знала их названия, назначения, противопоказания. Врач на приёме выписала огромный список таблеток, микстур, растворов. «Сыт будет, — с печальным юмором обмолвилась Наталья Алексеевна, увидев этот перечень, — но будет ли здоров?». «Да как хочешь!» — парировала ей врач, по всему видно, уверенная в безнадёжности ситуации.

Наталья Алексеевна поняла, что та не заинтересована в результате и сказала себе: больше я в детскую поликлинику не пойду! И не пошла. И таблетки ни ему, ни старшим сыновьям давать не стала. Два месяца ревела белугой, света белого не видела. Маленький Ванечка мог только кричать, обладал слабо выраженным сосательным рефлексом, лежал без движения.

— И вот как-то, находясь на кухне, где у нас всегда включено радио, — продолжает Наталья Алексеевна, — я вдруг услышала заинтересовавший меня диалог. Какой-то мужчина рассказывал о том, как, будучи смертельно раненым, выжил во время войны. Так я узнала об академике Георгии Сытине и его методе. Взволнованная услышанным, я схватила Ванечку в охапку и выбежала с ним на улицу. Стоял ноябрь, на земле снег, перемешанным с водой и жухлой травой. Я выкатила ребёнка из пелёнок в эту няшу, схватила его за руки-ноги и стала по ней таскать. Очнулась, когда вокруг стали собираться люди. Занесла Ванечку домой, обмыла водой, запеленала и дала грудь, чтобы он перестал кричать. И тут уже я готова была закричать! Он вцепился в грудь и начал сосать! Видать, что-то в маленьком организме перестроилось. С тех пор наши дела пошли на поправку.

С помощью мужа Наталья Алексеевна смастерила ребёнку самодельные прыгунки по рекомендациям, данным в журнале «Крестьянка». В девяностые годы ещё не было такого разнообразия детских приспособлений. В ход пошли крышка от посылки, медицинские бинты, детские трусики. На всех дверных косяках прибили гвозди, куда подвешивали прыгунки с Ванечкой, раскачивали, потом он стал сам отталкиваться ножками. 

В девять месяцев ребёнок начал ходить и даже играть с мамой в футбол. За этим занятием и застала их медсестра, не балующая больного своими посещениями...

Где Наталья Алексеевна ведет группу здоровья, что за система "Белояр" и зачем она отвечает на письма читетелей "ЗОЖ" читайте в номере за 29 июля.