Бабушка, бабуля, бабулечка, бабуся, бабусенька, бабонька, бабочка — сколько нежных и ласковых слов приходит на ум, когда вспоминаешь одного из самых близких и дорогих тебе людей — бабушку. Особенно если ты рос под её чутким руководством, слушал в детстве её сказки и песни, ходил вместе с ней в гости к её подругам, сидел с ними за одним столом с шумящим пузатым самоваром.

Вдвоём на русской печи

В моём детстве всё так и было. Моя бабушка — Елизавета Капитоновна Савельева, мамина мама, жила вместе с нами. Мама работала дояркой, дома мы её почти не видели, и я росла с бабушкой. По рассказам мамы, бабушка меня и выкармливала из бутылочки молоком, причём молоком кобыльим. Наши мамы долго не сидели в декрете, им надо было через три месяца после родов выходить на работу. Вот и росли мы не на грудном вскармливании, а на бутылочном.

Сейчас, наверное, трудно представить, но спали мы с ней вдвоём на русской печке. Там всегда было тепло и уютно. Я залазила на печь первой и терпеливо ждала, когда же бабушка закончит непонятное для меня тогда стояние на коленях перед иконами. При этом бабушка что-то шептала, бормотала. А это она молилась за всех нас, просила для нас лучшей жизни.

Затем она легко поднималась ко мне на печку и начинала рассказывать сказку. А сказки были удивительные! Я таких больше нигде и никогда не слышала и не читала. Многое забылось, но одну сказку я запомнила хорошо и впоследствии рассказывала её своим детям, а затем и внукам. Это сказка про три золотых яблока, про путешествия двух братьев-царевичей. И, конечно же, эта сказка со счастливым концом.

Уставшая за день от домашних хлопот моя бедная баба Лиза начинала засыпать, сбиваться в своём рассказе. Я трясла её за плечо, будила, требовала продолжения сказки.

Бабушка хорошо шила и вязала, ткала половики, делала модные тогда скатерти, так называемые "филёнки". Мне она шила платьица "в татьянку", присборенные на талии. Как я не любила стоять на примерке! Надо было не вертеться, стоять спокойно, пока бабушка отмерит длину подола или наживулит рукав. А мне хотелось бегать и прыгать! А какие вкусные блины и пироги пекла она в русской печке! Кажется, до сих пор помню этот волшебный вкус.

Редкое фото, на котором запечатлены маленькая Таня с родителями, братом и бабой Лизой

В гости на другой край деревни

Помню, что я всегда была рядом с бабушкой: идёт ли она в магазин за покупками, идёт ли она на речку мыть грибы или стирать половики, полоскать бельё или просто с вёдрами на коромысле за водой. Особенно я любила ходить с ней на другой край деревни в гости к её подружке — бабушке Марии. Та ставила к нашему приходу самовар, доставала из подпола глиняную кринку с топлёным козьим молоком, и начиналось долгое чаепитие. Я быстро выпивала свой чай и отправлялась во двор, там столько было всего интересного!

В углу двора стоял замшелый бревенчатый сарай, правда, двери его были всегда на замке, и только в узкую щель можно было видеть тёмное загадочное нутро сарая. Казалось, там живут сказочные герои. Можно было пойти в огород, вдоволь наесться малины или залезть на высокую черёмуху и полакомиться её терпкими чёрными ягодами. А можно было сидеть в доме и слушать, о чём говорят бабушки.

Ровесница века

Если бы я тогда была постарше, можно было бы расспросить бабушку о её жизни. Но мне тогда не было и десяти лет, что я понимала! Уже впоследствии от мамы я узнала, что бабушка жила на Дальнем Востоке, была в услужении у богатого человека. Она ровесница века, родилась в 1900 году. На её долю выпали и Первая мировая война, и революция, и гражданская война, и Великая Отечественная.

Муж погиб, когда бабушка была беременна мамой. В годы Великой Отечественной войны она работала в Печёнкинском детском доме с эвакуированными из Ленинграда детьми. Бабушка вышла второй раз замуж за мужчину с пятью детьми! Всех их подняла на ноги, вырастила как родных. Прожив такую нелёгкую жизнь, осталась человеком сострадательным, милым, готовым всегда прийти на помощь любому. В деревне всегда вспоминали её добрым словом.

Просто баба

Уральский край — суровый край, у нас не любят сантиментов, в нашем лексиконе мало ласковых слов. Вот и бабушек своих мы называем просто бабами. В Оренбуржье, например, внуки своих бабушек ласково называют бабулями. Но, казалось бы, в грубоватом слове, в грубоватом обращении "баба" заложено столько любви и нежности! Те, у кого есть или была в детстве своя родная баба, поймут меня сейчас. Когда я сама стала бабушкой, не сразу привыкла к этому слову, поначалу резало слух. А теперь я и не представляю другого обращения ко мне моих внуков. "Баба", "баба Таня" — эти слова теперь ласкают слух.

Люблю и помню

Затем родился мой младший брат Коля. Бабушка и здесь помогала маме. Братик родился слабеньким, часто болел. Бабушки не стало, когда ему исполнилось всего три года. И он, к сожалению, совсем бабушку не помнит.

Здесь я вижу большое преимущество старших детей в семье. Они и родителей помнят молодыми, и бабушек и дедушек тоже помнят. Мне повезло быть старшей в семье, поэтому я хорошо помню свою бабу Лизу и люблю её до сих пор, о чём и говорю ей каждый раз, когда бываю на её могилке… Мне кажется, она оттуда, с небес, видит меня, тоже любит меня и помогает мне.